# О духевремени

Иустин Попович

В нашей хаотической современности одно божество все более вытесняет остальные божества, все неодолимее навязывает себя как единственного бога, все безжалостнее мучит своих поклонников. Это божество — дух времени…

## Иустин (Попович), преп. О духе времени

В нашей хаотической современности одно божество все более вытесняет остальные божества, все неодолимее навязывает себя как единственного бога, все безжалостнее мучит своих поклонников. Это божество — дух времени. Перед ним день и ночь бьют поклоны измученные жители Европы и приносят ему в жертву свою совесть, свои души, свои жизни и свои сердца. Оно имеет своих жрецов, фанатичных жрецов, сделавших несчастную Европу нашу жертвенником, на котором непрестанно приносится в жертву тело ее. Но их страстный фанатизм распространяется и на все остальные континенты, пытаясь их так превратить в жертвенники бога своего. Однако прежде, чем они смогут души всех континентов слить в бурном «осанна» своему богу, мы поставим на испытание этого бога и проверим его.

Бог их, дух времени, весьма сложен, составлен из самых разнородных элементов. Он содержит в себе все противоречия современной жизни: культуру и цивилизацию, философию и науку, католицизм и протестантизм. Он содержит весь трагизм и весь комизм жизни таковой, как она есть. И живя в соответствии с духом времени, человек разбивается о камни всех этих непримиримых противоречий. Но что самое страшное в этом — систематически организованное восстание против человеческой личности. Дух времени сковывает личность своей самодержавной тиранией, механизирует ее: ты винтик в грохочущем механизме современности — и существуй как винтик; ты клавиша на расстроенном рояле нынешних дней, клавиатуру которого трогает дух времени — и существуй как клавиша. Детерминизм, развертывающийся в фатализм, — вот главнейшее средство, с помощью которого владычествует дух времени: от среды, от окружения зависит все, а не от личных подвигов; все, что делаешь, делаешь не ты, а среда делает через тебя; совершишь ли преступление, виновен не ты, а среда, в которой ты существуешь. Но все это, будучи переведенным на язык славянской искренности, означает: вседозволенность: позволены все пороки, все злодеяния, все преступления, все грехи, потому что все происходящее происходит по неумолимым законам необходимости.

Планета наша безжалостна, она с давнейших времен была гробницей и для богов, и для людей. Многих богов внесла она в свой помянник; но не было еще столь бессмысленного бога, как дух времени нашего, поскольку Европа в нем обоготворила все болезни свои, все грехи свои, все пороки и преступления свои. А что это так, Европа доказала людоедской войной недавних дней, доказывает и не менее людоедским миром дней нынешних. Это может видеть каждая букашка, не зараженная духом нашего времени; это может видеть каждый человек, ежели оком Христовым всматривается в хаос наших дней.

Время — часть вечности; ежели оторвется от нее — отбрасывается в невыносимо-отчаянную бессмысленность. Дух человеческий — часть Духа Вечности; ежели оторвется от него — теряет свой вечный смысл и покой и отбрасывается в крайние мучения, где рыдания и скрежет зубов. Дух времени нашего оторвался от Духа Вечности, потому он мучится, рыдает и скрежещет зубами. Был он гениален и бесстрашен в изобретении ножниц, которыми отсечет себя от вечности; сейчас же он упрям в отчаянной немощи своей и мрачном владычестве своем. Пронесите дух времени нашего через Дух Вечности — что останется не покрасневшим от стыда, что останется от нашей культуры и цивилизации, что от науки и моды, что от демократии и революции? Я говорю не о вечности, которая, философски выражаясь, является трансцедентной возможностью, а о живой, реальной Вечности, Вечности Богочеловеческой, Вечности, которая Личностью своей доказывает Себя, показывает Себя и подтверждает точность и истинность слов Своих: Я — жизнь, жизнь вечная (Ин.14:6).

До Христа Вечность была чахоточным предположением, от Христа она становится воплощенной реальностью, ощутимой реальностью, которую руки наши осязают, глаза наши рассматривают, уши наши слышат (1Ин.1:1). Дух Вечности становится ощутимым, как и дух времени. В Личности Богочеловека Христа время достигло органического единства с вечностью, а тем самым и своего вечного смысла. Поэтому Христос стал и навсегда остается вечным испытанием для всех времен, всех богов, всех людей и всех вещей. Поэтому Христос — единственное правильное и непогрешимое испытание для нашей современности и духа нашего времени. Проверенный Им, оцененный Им, дух времени нашего — человеческий, слишком человеческий (Ницше). Человеком живет, человеком дышит, человеком похваляется дух времени нашего — человеком, а не Богочеловеком. В этом основа трагизма нашего, и только в этом. Дух времени нашего в обожании человека доходит до человекомании, потому Дух Вечности недооценен, оплеван и почти изгнан с нашей планеты.

Похваляются человеком, европейским человеком, таким, каков он есть; но проверьте его, оцените через Богочеловека, и похвальба ваша превратится в позор ваш и печаль новую. Похваляются чем-то и говорят: «Это достойно Вечности!», и заглядывают в глаза человеку, хвастливо и горделиво. Но оставьте человека, повернитесь к Богочеловеку, из Его благих очей светятся Вечная истина и Жизнь вечная, и скажите Ему, без стыда скажите: «Вот, Господи, это мое, достойное вечности!» — Не похваляйся человеком, не похваляйся временем, ибо пеплом похваляешься, и гноем, и смрадом, и злосмрадием. Смысл человека в том, чтобы соединиться с Богочеловеком; смысл времени в том, чтобы переплавиться в Вечность.

Они мне постоянно предлагают свой дух времени взамен Христа, свои мелкие относительные истинки взамен абсолютной Истины и Вечности. Но скажите мне: чем вы замените Христа? Собою ли? — Сравните себя с Ним. Человеком ли? — Докажите мне, что он безгрешен, бессмертен и вечен. Приобретением ли каким? — Докажите, что его моль не побьет и ржа не попортит.

Гнилостен человек, наш европейский человек: не безумие ли возводить на нем, как на фундаменте, здание счастья человеческого? Вечен Богочеловек, вечен и незаменим: не безумие ли желать Его заметить лишь бы кем и лишь бы чем временным? Основа человека — земля и мелкие заботы и заботки; основа Богочеловека — Небо и Царство Небесное: «Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам» (Мф.6:33); все, все, все. — Два пути нам предлагают: путь духа времени и путь Духа Вечности, Духа Христова.

Дух времени нашего — тонкий соблазн нынешних дней; под этой маркой продается фальсификат прогресса, просвещения, цивилизации, культуры. Поэтому сегодня более, чем когда бы то ни было нужно иметь дар различения духов (1Ин.4:1), дар православный, дар подвижнический, чтобы человек несоблазненный мог пробиваться сквозь ужасный хаос нашей современности. Духом Вечности нужно проверять дух нашего времени. — Явно и тайно, дух нашего времени проповедует людоедство, культурное людоедство, которое имеет своего апологета в науке, в ее аксиоме: «борьба за самосохранение». Человек — это глина, средство, пища для человека более сильной физической организации. Все относительно; и человек относителен. Но Дух Вечности, Христовой Вечности учит: человек вечен и имеет вечную ценность — он не может быть ничьим средством, кроме как Божиим. Богочеловек единственно имеет право оценить человека последней ценой; никто из людей не имеет права даже самого худшего человека сделать средством для своего самосохранения. — По духу времени, гордость: будь гордым; по Духу Вечности, смирение: будь смиренным. В соответствии с первым, главное достоинство — быть довольным собой; в соответствии со вторым, главное достоинство — быть недовольным собой, а быть довольным Христом. Человек, который живет духом нашего времени, смотрит лишь на то, что видимо, что временно; человек, который живет Христом, смотрит на то, что невидимо, т. е. вечно. Посему для первого нынешние заботы тяжелы, а для другого легки (ср. 2Кор.4:17–18).

Сквозь потрескавшуюся кору времени, сквозь трещины пространства Христов человек смотрит и видит то, что вечно, богочеловечно. Он проникает в тело каждого человеческого существа, ищет и находит жемчуг вечности. Через недолговечную хижину тела своего он идет к дому вечному, нерукотворному, дому, Богом созданному на небесах. О единственном он воздыхает: чтобы облечься в свое небесное тело, чтобы жизнь поглотила смертное (ср. 2Кор.5:1–4). Время бессмысленно — пока не крестится вечностью; человек — пока артерией любви не свяжется с сердцем Господа Иисуса. Время есть переход и проход к Вечности. Вечность есть содержимое, пункт назначения, море, в которое впадает река времен.

Дух нашего времени имеет один категорический императив: carpe diem (лови день!); дух Христовой Вечности имеет свой императив: carpe aeternitatem (лови вечность!). Для Христова человека каждый день — это пропуск в Вечность. В любой отрезок времени он живет Вечностью и ради Вечности; уже здесь, на земле, он живет Христом и потому имеет жизнь вечную (Ин.5:24); сквозь смертность он устремляется к бессмертию, сквозь горечь — к блаженству, сквозь время — к Вечности. Он борется за жизнь вечную, к которой и призван. Чем борется? Верой, любовью, правдой, набожностью, терпением, кротостью, состраданием, милосердием (1Тит.6:10–12). Это путь богочеловеческий, в отличие от пути человеческого. «Мы путь свой знаем — путь Богочеловека», — говорит наш поэт, герцеговинец Алекса Шантич.

Сейчас крайний срок изменить критерии: не человек — мера всех вещей, а Богочеловек; не временем надо мерить Вечность, а время Вечностью; не Богочеловека — человеком, а человека — Богочеловеком; не небо — землей, а землю — небом; не разум Божий — умом человеческим, а ум человеческий — разумом Божиим. Дух времени следует подчинять духу Вечности, а не наоборот; дух человека надо подчинять духу Богочеловека, а не наоборот.

Христос явился как наиболее революционно восстающий против духа времени; Он центр жизни перенес из времени в Вечность, из человека в Богочеловека. Но и по прошествии двадцати веков Он является как наиболее решительный протест против духа нашего времени, против «князя мира сего» (Ин.14:30). Мир настолько удалился от Бога, что им овладел князь тьмы, князь зла, дух гнева и противления. Богоборчество, Христоборчество — жить по духу мира сего, который действует в сынах противления (ср. Еф.2:2). Сыны противления противятся Вечности, противятся Богочеловеку, существуют по духу мира сего, по духу времени, которое восстало против Вечности. А сыны Божии, сыны Христовы живут по духу Христовой Вечности, по духу мира того, горнего, мира небесного, их «жизнь… сокрыта со Христом в Боге» (Кол.3:3). Их сердца в вышине, над миром сим, где ни моль, ни ржа не истребляют, ни злые духи не подкопывают и не крадут (Мф.6:19–21). Потому на Святой Литургии мы произносим: «Горе имеем сердца»!

Ежели дух мира сего оторвется от вечности, перестанет быть органической частью ее, он станет гробницей, запечатанной семью апокалиптическими печатями, которые никто, кроме Агнца Божия, распечатать не может. Живя по духу мира сего, человек живет в удушливой гробнице, из которой лишь Христос может его вывести, воскресить и посадить на небесах одесную Отца (ср. Еф.2:5). Богочеловек «отдал Себя Самого за грехи наши, чтобы избавить нас от настоящего лукавого века» (Гал.1:4). Он отдал Себя — дал нам путь спасения от духа мира сего, от духа времени. Иного пути нет. Наше призвание: бороться с духом мира сего — бороться не самим по себе, а Христом, ибо Он победил мир (Ин.16:33), и мы побеждаем Им и через Него. Побеждая дух мира сего, мы становимся людьми не от мира сего, перерастаем мир и врастаем в Христову Вечность и Богочеловечность.

Мир — то, что нужно одолеть. Чем? — Горним миром. Дух времени нашего — то, что нужно одолеть. Чем? — Богочеловеком. Люди Христовы суть от Бога, и они побеждают мир, потому что Тот, кто в них — больше того, кто в мире (1Ин.4:4). Современные христиане в испуге от духа времени нашего, от атеизма и анархизма, от войн и революций, и опасаются бороться с ним — не потому ли, что потеряли чувство, что Христос, Который в них, больше духа зла, который в мире? Но сейчас крайний срок православным облечься во всеоружие Божие (Еф.6:11), чтобы могли устоять против лукавства мира сего. Необходимо всю душу свою и все тело свое пробудить к вечно неусыпной ревности и бдению, пробудить молитвой и постом. Пробужденные пусть возьмут шлем спасения и меч духовный — слово Божие; и пусть Богу молятся духом непрестанно, стоя со всяким постоянством и молением о всех святых (Еф.6:11–18).

В самом деле: такую борьбу вели Христос и Апостолы, Мученики и Подвижники, Святители и Праведники. Своей жизнию и деяниями Богочеловек Христос показал, как человек органически соединяется с вечностью, как окончательно решает проблему времени и пространства. Апостолы и Мученики, Святители и Подвижники православные шли богочеловеческим путем Христовым и смогли победить дух мира сего: они все временное сделали вечным, все человеческое — богочеловеческим; они и души, и тела, и чувства свои сделали бессмертными, нетленными, вечными. Они всегда жили по духу Вечности, никогда по духу времени, и оставили нам одно завещание: живите всегда Богочеловеком, никогда человеком; живите всегда духом Вечности, никогда духом времени.

(1924)